За рулем

11 006 подписчиков

Свежие комментарии

  • тима хегай
    дебилПереключаем мотор...
  • Jnas Levison
    Да чёрт с ним, пускай смотри, а я буду смотреть за ним и его напарником чтоб не могли подбросить что нибудь запрещённ...Инспектор хочет з...
  • Yvan
    Всё идёт к созданию полицейского государства.Забирать права бе...

Citroen Rosalie: розы и шипы

Citroen Rosalie: розы и шипы

ПРОЗА ЖИЗНИ

Андре Ситроен удивительно сочетал в себе буржуазную практичность и инженерную прозорливость с прямо-таки авантюрной смелостью. Он чуть ли не первым в Европе перенял конвейерные методы Генри Форда, запустил в серию цельнометаллические кузова. В 1920‑х успешные недорогие «ситроены» даже копировали другие фирмы.

Однако параллельно месье Ситроен снаряжал экспедиции в Африку и Азию (знаменитые Черный и Желтый рейды), планировал грандиозные дорожно- транспортные преобразования Черного континента. А еще фирма уже в 1930‑е годы влила огромные деньги в разработку легкового дизеля, переднего привода и автоматической коробки передач.

И всем этим до поры до времени можно было заниматься благодаря моделям-кормилицам – таким как «Розали».

Эта модель дебютировала осенью 1932 года на Парижском автосалоне. Машина с женственным (и даже немного приторным) именем сменила сразу две модели – С4 и С6. Именно поэтому «Розали» выпустили в трех версиях – с индексами, фиксирующими облагаемую налогом мощность: 8CV, 10CV и 15CV. На первых двух стояли четырехцилиндровые моторы объемом 1,5 и 1,8 л, а на последней – «шестерка» объемом 2,65 л.

В небольшом автомобиле вполне просторно даже водителю. Ветровое стекло можно приподнять для вентиляции.

В новой модели не было ничего особенного, тем более революционного: типичный автомобиль своего времени – без инженерных изысков и стилистических выкрутасов. Рама, зависимые подвески на рессорах, механические тормоза, трехступенчатая коробка передач. Но именно такой автомобиль в начале 1930‑х и был нужен французскому среднему классу. Тем более что вдобавок к трем моторам фирма вскоре предложила несколько открытых и закрытых кузовов.

ИГРА ПО-ЧЕСТНОМУ

Я понимаю зажиточных французов тех времен: автомобиль прямо-таки излучает основательность и обстоятельность. Металл – металлический, другие детали тоже не вызывают сомнений в прочности. Сукно, которым обиты двери и обтянуты диваны, может, и не самое дорогое, но приятное на ощупь и не позволяет сомневаться в своей долговечности.

Уже первое знакомство с органами управления не оставляет сомнений: это вовсе не грузный аппарат, подвластный лишь натренированному профессионалу. Педали довольно податливы, да и руль менее тяжелый, чем я ожидал. Ходы рычага трехступенчатой коробки с синхронизаторами на второй и третьей передачах довольно размашистые, но включения четкие: сразу ясно, куда попал. «Розали» оправдывает мягкое имя: это семейный автомобиль для людей разных профессий, для мужчин и женщин. Именно поэтому «Розали» держала фирму на плаву в начале финансово неблагополучных 1930‑х и помогла миновать так называемую «мертвую зиму» 1933–1934 годов – пик экономического спада во Франции. Но этот синий седан 1936 года – уже из другой эпохи, наполненной самыми разными и не всегда радостными для компании событиями.

Кольцо вокруг кнопки звукового сигнала отвечает за наружное освещение.

ПРИВОДЫ И ПРОВОДЫ

За три года до рождения этого автомобиля, весной 1933‑го, Андре Ситроен предпринял очередную смелую акцию, которая принесла фирме пользу. На автодроме «Монлери» чуднáя внешне машина с открытым кузовом, скрывавшим серийные агрегаты «Розали 8CV», носилась по кругу… 133 дня 17 часов и 37 минут! Останавливались лишь для дозаправки и смены шин. Удивительную гонку закончили не потому, что автомобиль попросил пощады, а лишь из-за наступления осени. Показав среднюю скорость 93 км/ч, «Розали» установила множество международных рекордов и, что самое главное, доказала покупателям свою прочность и надежность.

В январе 1934 года машину подвергли рестайлингу. Новая версия получила индекс NV (фр. nouvelle habillage – новая одежка). Но на подходе была уже совсем другая модель – революционный переднеприводный «Ситроен‑7CV», известный во всем мире как «Траксьон Аван» (фр. traction avant – передний привод).

Поскольку кузов стоит на раме, на полу нет мешающего пассажирам туннеля для кардана

Впрочем, поначалу переднеприводный автомобиль, в разработку которого вложили уйму денег, вовсе не радовал покупателей. Напротив – огорчал детскими болезнями. А «Розали» по-прежнему приносила доход. На нее даже решили ставить те же двигатели, что и на «Траксьон Аван». Такие «Розали» стали называть «Траксьон Аррьер» (Traction Arriere, «задний привод»). А полное имя синего седана, на котором мне удалось поездить, – «Ситроен-Розали 7UA MI». MI – это moteur inversé, то есть «обратный мотор». Ведь на переднеприводных «ситроенах» коробка передач и дифференциал стояли перед двигателем, а в «Розали» – традиционно, позади мотора.

Для 1936 года 35 «лошадок», снимавшихся с двигателя объемом 1,6 л, – приличная мощность. Скажем, 1,7‑литровый мотор дебютировавшего в тот год «Мерседес-Бенца 170 V» выдавал 38 л.с. Ну а 50 л.с. на советской «эмке» снимали и вовсе с рабочего объема 3,3 л!

Работать педалью сцепления на «Розали» легче, чем я ожидал. Машина энергично берет с места, сообщая об этом мне и окружающим довольно громким, но благородным рычанием. В зеркале заднего вида – небольшой дымок, за которым скрывается день сегодняшний…

В 1936 году на сцену впервые вышла еще мало кому известная уличная певичка Эдит Пиаф. В тот же год началась гражданская война в Испании, и французское правительство призвало все страны не вмешиваться в нее. До Второй мировой оставалось всего три года.

 

Фирма «Ситроен» тем временем переживала не лучшие времена. В 1935‑м скончался отец-основатель Андре Ситроен, и компания перешла под контроль шинной фирмы «Мишлен». Но переднеприводные «ситроены» завоевывали все больше поклонников… «Розали» весело катит по яркой, раскрашенной солнцем аллее в пригороде Парижа.

Не надо бояться неровностей – все неприятности от них будут погашены высоченными шинами, мягкими рессорами и телескопическими гидроамортизаторами, которые были редкостью в те годы. А то, что кузов вальяжно качается в поворотах, – плата за комфорт и косвенное свидетельство крепости конструкции. Кузов ведь тут не сам по себе, а на прочной раме.

Тормоза хоть и механические, но вполне понятные. Конечно, трудно представить себе, как они сработают при экстренном торможении со 100 км/ч, но на разумных для такого автомобиля скоростях – вовсе не пугают.

К сожалению, мое знакомство с «Розали» было недолгим. Уж точно несравнимо короче ее истории. Последний автомобиль этой модели собрали в сентябре 1938 года. Главной и на какое-то время единственной моделью фирмы стал тогда окрепший «Траксьон Аван». Но шесть непростых для компании лет ее вела в будущее именно «Розали». Про такие автомобили редко слагают хвалебные журнальные оды и издают огромные красочные фолианты. Зря! Поэтому я и попытался хоть в какой-то мере заполнить этот пробел.

Верхнеклапанный четырехцилиндровый «обратный» мотор выдает вполне приличные для середины 1930‑х годов 35 «лошадок».

МАДЕМУАЗЕЛЬ «РОЗАЛИ»

«Ситроен-Розали» выпускали с 1932 по 1938 год. Сначала с четырехцилиндровыми моторами 1.5 (32 л.с.), 1.8 (36 л.с.) и шестицилиндровым 2.65 (56 л.с.). Затем на версии 7UA и 11UA ставили двигатели рабочим объемом 1,6 л (35 л.с.) и 1,9 л (42 л.с.).

Автомобили делали с двух- и четырехдверными кузовами, как открытыми, так и закрытыми. Выпускали также шасси под маленькие грузовики и спецмашины. Всего изготовили 88 090 автомобилей, из них 7230 – с «шестерками». Машин модификации 7UA c 1935 по 1938 год сделали 7313 штук.

Свежие новости:

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх